От Лжедмитрия I до лжецаревича Августа: самозванцы Смутного времени

В 1598 году умер царь Федор I Иванович и прервалась династия Рюриковичей — так в России началось Смутное время. Правители регулярно сменялись, свергали друг друга, готовили заговоры. В какой-то момент Москву захватили поляки, Новгород — шведы. Один за другим о себе объявляли самозванцы — от Лжедмитрия I до лжецаревича Августа. А простые граждане страдали от голода и стихийных бедствий. В нашей статье разбираемся в истории Смутного времени. Читайте, почему народ верил «чудом спасшимся» потомкам Ивана Грозного, как короновался беглый монах и кто скрывался под именами Лжедмитрия I, Лжедмитрия II, Лжедмитрия III и десятков казачьих царевичей.

Легенды о подменных царях и династический кризис: почва для самозванцев

Еще до Смуты на Руси существовали легенды о подменных царях и настоящих наследниках, которые лишились власти из-за козней врагов. Самая известная из таких историй возникла в правление Ивана IV Грозного. У отца царя, великого князя Василия III, и его первой супруги Соломонии Сабуровой долгое время не было детей. Тогда Василий решил, что брак бесплоден, насильно постриг жену в монахини и женился на Елене Глинской, будущей матери Ивана Грозного. По Руси распространились слухи: Соломония Сабурова все же родила в монастыре сына Кудеяра — законного наследника, которого не признал Василий III. Говорили, что младенец умер и похоронен в Суздале. Ходили и другие слухи: Кудеяра якобы спрятали, он стал разбойничьим атаманом и мстил за поруганную честь матери.

Однако самозванцев, которые могли бы претендовать на власть, в то время еще не было. Историк Олег Усенко в статье «Самозванчество на Руси: норма или патология?» писал, что для этого должны были совпасть несколько условий:

Самозванцы на Руси появились в Смуту, когда пресеклась династия Рюриковичей. Иван Грозный умер и оставил двоих сыновей — Федора I Иоанновича и царевича Дмитрия Иоанновича. Первый из них правил 14 лет, однако был слаб здоровьем. Основные решения за него принимал шурин — влиятельный боярин Борис Годунов. Поэтому в народе говорили, что Федора Иоанновича тоже подменили в детстве. Якобы настоящего наследника украли враги Ивана Грозного, а слабый здоровьем царь не был наследником Рюриковичей.

Царевич Дмитрий погиб в 1591 году, в возрасте восьми лет, в Угличе, при загадочных обстоятельствах: получил ранение в горло. По самой распространенной версии, у ребенка начался приступ эпилепсии, когда он играл с ножом, поэтому он сам случайно ударил себя. Однако ходили слухи, что наследника убили — подозревали в этом и Бориса Годунова. Этой версии впоследствии придерживался, например, Александр Пушкин в драме «Борис Годунов».

В 1598 году Федор Иоаннович скончался. Его единственная дочь — царевна Феодосия — умерла в возрасте года. В народе ходили слухи, что наследника мужского пола украл и подменил Борис Годунов. Однако законных претендентов на трон в стране не осталось. Правителем стал Годунов, а в России началось Смутное время — период тяжелого государственного кризиса. В это время страна пережила стихийные бедствия, западную интервенцию, гражданскую войну. К власти нередко приходили самозванцы, которые представлялись чудом спасшимися Рюриковичами, в основном — царевичем Дмитрием.

«Испечен в польской печке, а заквашен в Москве»: Лжедмитрий I

Первым и самым успешным из самозванцев был Лжедмитрий I. Историки выдвигали разные версии его происхождения. По самой известной из них, Лжедмитрием I был беглый монах Чудова монастыря Григорий Отрепьев. Сын галицкого дворянина, в молодости он служил при дворах бояр Романовых и князей Черкасских, а в 1600 году постригся в монахи. В Чудовом монастыре он поселился с помощью деда, монаха этой обители. Там Отрепьев переписывал книги. В «Полном собрании русских летописей» сказано, что он уже тогда хвастался монахам: «Яко царь буду на Москве».

В начале 1602 года Отрепьев вместе с двумя иноками бежал в Речь Посполитую. А вскоре объявил себя царевичем Дмитрием. Как писал историк Василий Ключевский, Лжедмитрий I «был только испечен в польской печке, а заквашен в Москве». Народ к тому времени устал от голода, а бояре не признавали власть Годунова. Все это создало почву для слухов о чудом спасшемся царевиче.

Очень скоро об Отрепьеве узнали польский король Сигизмунд III и воевода Ежи Мнишек. В марте 1604 года самозванец получил аудиенцию в Кракове и тайно перешел в католичество. В обмен на поддержку он обязался после воцарения передать Польше часть русских земель, заключить вечный союз с Речью Посполитой и допустить в Москву орден иезуитов — они собирались насаждать в стране католичество.

Осенью 1604 года с небольшим отрядом поляков и запорожских казаков Лжедмитрий пересек русскую границу.

В апреле 1605 года внезапно умер Борис Годунов. Войско, которое он послал дать отпор самозванцу, перешло на сторону Лжедмитрия. 1 июня 1605 года посланцы Отрепьева — Наум Плещеев и Григорий Пушкин — огласили грамоту самозванца в Москве на Лобном месте — там, где проводили казни и публично зачитывали царские указы. Сына Бориса Годунова, юного царя Федора II, схватили и убили вместе с матерью.

20 июня 1605 года Лжедмитрий I торжественно въехал в Москву, а через месяц венчался на царство — единственный из самозванцев. Однако на троне он пробыл меньше года. Новый государь демонстративно не соблюдал русские обычаи: не спал после обеда, не ходил в баню, носил европейское платье и брил бороду. А еще он женился на католичке Марине Мнишек, дочери Ежи Мнишека, и на их свадьбу приехали несколько тысяч поляков. Гости вели себя вызывающе: врывались в дома, грабили прохожих, глумились над православными святынями. В народе поползли слухи, что царь хочет ввести католичество, а заговор против Лжедмитрия I начал плести боярин Василий Шуйский. В итоге в Москве началось восстание против самозванца. Он пытался бежать, выпрыгнул из окна. Однако заговорщики к тому времени перекупили стрельцов, которые охраняли Лжедмитрия I. Они и застрелили самозванца 17 мая 1606 года. В Москве к власти пришел Василий Шуйский.

«Неведомо откуда взялся»: Лжедмитрий II — «тушинский вор»

После гибели первого самозванца смута не прекратилась. Слухи о спасшемся царевиче Дмитрии продолжали ходить в народе.

В 1607 году объявился Лжедмитрий II, которого в народе называли «тушинским вором». Слово «вор» в те времена означало государственного преступника, мятежника. Он разбил лагерь в Тушине под Москвой, от чего и пошло его прозвище. Существует много версий настоящего имени и происхождения Лжедмитрия II.

Еще в годы Смуты представители католического ордена иезуитов провели расследование и предположили, что новым самозванцем был крещеный еврей из города Шклова по фамилии Богданко. Сначала он работал учителем, потом перебрался в Могилев, где прислуживал священнику. Однако оттуда Богданко выгнали — так он стал нищим и начал скитаться.

В это же время поляки искали человека, который был бы похож на Лжедмитрия I, чтобы вновь объявить его царевичем Дмитрием. Богданко разыскал польский шляхтич Николай Меховецкий. Однако провозглашать себя царем бродяга отказался. Он даже убежал в город Пропойск (сейчас Славгород Могилевской области в Беларуси). Там поляки схватили его, заточили в тюрьму и поставили перед выбором: провозгласить себя царевичем Дмитрием или остаться в заключении. Так Богданко все же согласился представиться царем.

На сторону Лжедмитрия II перешли многие бояре, которые были недовольны Шуйским, а также поляки, донские и запорожские казаки. В 1608 году его войско подошло к Москве, но взять столицу не смогло. Лагерь разбили в Тушине, где возникло целое второе правительство: своя боярская дума, свои приказы — то есть органы государственного управления. А еще тут даже был свой патриарх — захваченный в плен ростовский митрополит Филарет, отец будущего царя Михаила Романова. Поляки привезли к самозванцу в лагерь Марину Мнишек, которая «узнала» чудом спасшегося мужа.

В то же время реальной власти у Лжедмитрия II не было. Историк Сергей Платонов писал: «Не он руководил толпами своих сторонников и подданных, а, напротив, они его влекли за собою в стихийном брожении, мотивом которого был не интерес претендента, а собственные интересы его отрядов».

В сентябре 1609 года польский король Сигизмунд III объявил войну России и двинулся на Смоленск. Наемники, которые служили самозванцу, оказались перед выбором: их король или «царек» — так часто называли Лжедмитрия II в народе. Большинство выбрало короля. Поэтому в декабре 1609 года Лжедмитрий II переоделся крестьянином и бежал из Тушина в Калугу. Город признал его власть: самозванцу выделили лучший дом — палаты атамана Скотницкого, снабдили одеждой, лошадьми, винами и съестными припасами. Здесь Лжедмитрий вел роскошный образ жизни: устраивал пиры, часто ездил на охоту, учредил государев двор с боярами, окольничими и дьяками. Из татар самозванец набрал дружины своих телохранителей. А поляков, если те заезжали в Калугу, он приказал убивать.

В то же время Лжедмитрий II с большим подозрениям относился к любым слухам. Он жестоко расправлялся со всеми, кого считал подозрительным — даже со своими соратниками. Так, например, он убил касимовского хана Ураз-Мухаммеда, на которого донесли, будто он замышляет что-то против Лжедмитрия. Очевидец тех событий немец Конрад Буссов вспоминал: «Во время охоты за Окой он напал на ничего не подозревавшего Ураз-Мухаммеда и убил его. Тело бросил в воду. Чтобы скрыть убийство, Лжедмитрий поскакал к своей свите, крича, что хан намеревался убить его, но он — Лжедмитрий — чудом спасся».

С Ураз-Мухаммедом дружил начальник охраны самозванца — татарский вельможа Петр Урусов. Он решил отомстить за товарища и в декабре 1610 года убил Лжедмитрия II на очередной охоте.

«И бысть гражаном многое насилие»: Лжедмитрий III — «псковский вор»

В 1611 году в Калуге у Лжедмитрия II и Марины Мнишек родился сын Иван, которого в народе прозвали «Ворёнок», то есть маленький вор. Жители Калуги признали его наследником престола. Однако реальной власти у младенца и его матери не было. В то же время появился очередной самозванец — Лжедмитрий III. Он вошел в историю как «псковский вор». В отличие от предшественников, он не получил широкого признания народа — его влияние ограничивалось лишь Псковщиной и окрестностями Новгорода. Происхождение самозванца установили уже после того, как поймали его: им оказался сын дьякона одной из московских церквей из-за Яузы по имени Матвей. Он не захотел идти по стопам отца и бежал из Москвы в Новгородскую землю.

23 марта 1611 года самозванец появился в Новгороде под видом бродячего торговца ножами, попытался объявить себя царем. Однако новгородцы осмеяли его и изгнали из города. Тогда самозванец бежал в Ивангород. Несколько месяцев крепость осаждали шведы. Когда к ним пришел «царь Дмитрий» и рассказал, как он чудесно спасся от смерти в Калуге, горожане встретили его как долгожданного избавителя. Три дня в городе звонили колокола. Под власть самозванца вскоре перешли города Ям, Копорье и Гдов.

Летом 1611 года Лжедмитрий III собрал казачье войско, двинулся на Псков и осадил его. Город оказался в тяжелом положении: Москву к тому моменту заняли поляки, Новгород захватили шведы. Многие были готовы признать очередного самозванца, лишь бы получить защитника. Так на сторону «царя Дмитрия» начали перебегать псковские жители. Нижегородский староста Кузьма Минин и князь Дмитрий Пожарский к тому времени уже собирали Второе народное ополчение, чтобы выгнать из Москвы поляков. Они написали грамоту, в которой призывали не верить «ни Маринке с сыном, ни тому вору, что стоит под Псковом». Однако 4 декабря 1611 года Лжедмитрий III все же въехал в город, где его провозгласили царем.

Долго править самозванцу не удалось. «Псковская летопись» сообщала: «И бысть гражаном многое насилие и правеж в кормех и во всякой дани, и многих умучиша. Тогда псковичи конечне уверишася ложными, лестными цари и начаша тужити и скорбети от его налогу».

Правеж — это древнерусская процедура взыскания долгов и недоимок. Человека били палками по ногам, пока он не находил способ заплатить. При Лжедмитрии III с псковичей взыскивали «кормы» — продовольствие для его войска и «всякую дань» — любые подати. К тому же его войско грабило горожан. В летописи говорится, что к самозванцу собирались люди, «иже радовахуся крови чюжаго имения» — то есть те, кто наживался на чужом имуществе.

Псковичи, которые сначала поверили, что самозванец защитит их от поляков и шведов, быстро разочаровались. Они начали плести заговор против Лжедмитрия III. «Псковский вор» узнал об этом и бежал из города. В итоге он продержался у власти лишь несколько месяцев — с декабря 1611 по май 1612 года.

Есть несколько версий, как именно погиб самозванец. По одной из них, псковичи все же поймали вора. Однако на них вскоре напали поляки, началась битва, в ходе которой кто-то случайно убил Лжедмитрия III. Историк Игорь Тюменцев писал, что псковичи доставили самозванца в Москву. Там он сидел в тюрьме до 1613 года. А потом уже царь Михаил Федорович приказал казнить «псковского вора».

Малоизвестные самозванцы Смуты: от Лжедмитрия IV до лжецаревичей

Пока в Пскове правил Лжедмитрий III, на юге страны появился еще один самозванец — Лжедмитрий IV, который получил прозвище «астраханский вор». Об этом человеке известно еще меньше, чем о предыдущих самозванцах. Историк Олег Усенко писал, что он был ставленником Петра Урусова — убийцы Лжедмитрия II.

Усенко предположил, что упоминание Лжедмитрия IV встречается в русском произведении XVII века «Плач о пленении и о конечном разорении Московского государства» — только там он фигурирует под именем Гурия. Однако, кем был этот человек и что с ним случилось, неизвестно.

Самозванцами были не только те, кто выдавал себя за царевича Дмитрия. В Смутное время многие казаки объявляли себя родственниками Рюриковичей. Как правило, все они выдавали себя за сыновей царя Федора I Иоанновича. Самым известным из них стал терский казак Илейка Муромец. В 1605 году он провозгласил себя сыном царя Федора Иоанновича — царевичем Петром. Так казаки оправдывали свои грабежи и разбой: якобы они действовали от имени законного наследника.

В то время в стране бушевало восстание — его подняли сторонники недавно убитого Лжедмитрия I. После смерти самозванца многие не принимали власть боярина Василия Шуйского. Руководил бунтовщиками бывший холоп Иван Болотников, который объявил себя воеводой «царя Дмитрия». Его армия осаждала Москву и контролировала обширные территории на юге страны. Илейка привел свои отряды на помощь Болотникову, вместе с ним пытался захватить Тулу. Однако Шуйский победил повстанцев. Илейку Муромца и Болотникова казнили.

А через несколько месяцев после казни «царевича Петра Федоровича» в Литве объявился Лжепетр Федорович II. Он объявил, что чудом избежал казни. Успеха этот самозванец не добился: больше о нем ничего не известно.

В Астрахани в то же время очередной самозванец провозгласил себя лжецаревичем Августом. Он выдавал себя за никогда не существовавшего царевича Августа, сына Ивана IV и его четвертой жены Анны Колтовской. Астраханцы признали его власть. А из Москвы туда направили целое войско, чтобы покончить с самозванцем. Воевода Федор Шереметев разбил отряды Августа, пленил его и передал Лжедмитрию II — тот как раз только пришел к власти. А «тушинский вор» вскоре казнил лжецаревича — опасался конкуренции с этим самозванцем.

Среди помощников Августа был еще один самозванец — лжецаревич Лаврентий. Он представлялся внуком Ивана IV Грозного от первого сына, Ивана. Его Лжедмитрий II тоже казнил.

В летописях упоминаются и другие потомки Ивана Грозного: лжецаревичи Савелий, Гаврилка, Мартын, Семен, Клементий, Василий и Ерошка. Василий Ключевский писал: «У нас с легкой руки первого Лжедмитрия самозванство стало хронической болезнью государства: с тех пор чуть не до конца XVIII века редкое царствование проходило без самозванца». Многих таких самозванцев называли не полными, а уменьшительными именами. Так власти снижали их авторитет в народе. Даже Лжедмитрия I — Григория Отрепьева — в официальных документах именовали Гришкой.

В 1613 году Земский собор избрал на престол Михаила Романова. Так закончился династический кризис, и «чудом спасшиеся» дети и внуки Ивана Грозного перестали появляться в стране. Однако совсем самозванцы не исчезли: особенно много их было в XVIII веке, в эпоху дворцовых переворотов.

Автор: Анастасия Войко